Рынок страхования от атак беспилотников оказался на грани коллапса после того, как Российская национальная перестраховочная компания (РНПК, дочерняя структура ЦБ) покинула антитеррористический страховой пул. Одновременно компания существенно ужесточила лимиты: теперь на всю группу компаний действует единый общий лимит, причём чем крупнее организация, тем меньше для неё доступный объём покрытия, а при страховой сумме выше 1 трлн руб. льготное покрытие не предоставляется вовсе.
Ранее именно госкомпания помогала держать на себе наиболее крупные риски, но с октября эта нагрузка полностью перешла к частным страховщикам. У них остаётся не так много вариантов: повышать стоимость полисов, увеличивать франшизы или вовсе отказывать клиентам в страховании.
Владельцы складских помещений всё чаще получают отказы, а размер франшиз подскочил с 30–40 млн руб. до 250–500 млн руб. Особенно сложная ситуация складывается вокруг крупных объектов — нефтеперерабатывающих заводов и других предприятий, риски которых превышают 5 млрд руб. Именно такие убытки в последние годы покрывала РНПК, и сейчас заменить её в этом сегменте фактически некому. В итоге крупный бизнес теряет доступ к приемлемой страховой защите на фоне всё более частых атак БПЛА на регионы страны.
Ранее именно госкомпания помогала держать на себе наиболее крупные риски, но с октября эта нагрузка полностью перешла к частным страховщикам. У них остаётся не так много вариантов: повышать стоимость полисов, увеличивать франшизы или вовсе отказывать клиентам в страховании.
Владельцы складских помещений всё чаще получают отказы, а размер франшиз подскочил с 30–40 млн руб. до 250–500 млн руб. Особенно сложная ситуация складывается вокруг крупных объектов — нефтеперерабатывающих заводов и других предприятий, риски которых превышают 5 млрд руб. Именно такие убытки в последние годы покрывала РНПК, и сейчас заменить её в этом сегменте фактически некому. В итоге крупный бизнес теряет доступ к приемлемой страховой защите на фоне всё более частых атак БПЛА на регионы страны.